Жанр джалло считается любителями большого кино относительно маргинальным. И, честно говоря, неспроста - фильмы данного направления лишены кое-чего очень важного, без чего профессионалы киносмотрения и кинопереваривания просто не могут жить. Речь идёт о психологической глубине.
Джалло - жанр плоский. Этим и отличается от прочих, это и делает его смотрибельным несмотря ни на что. Абсолютно все персонажи классического джалло фильма - статисты, даже основные. Не будь это так, произошла бы трагедия: у зрителя могло бы появиться сопереживание жертвам очередного наглого и изобретательного убийцы, и тогда жанровая составляющая была бы безвозвратно испорчена. У американцев, как ни странно, воспитанных на актёрской школе Чехова, так не получается, они всё равно упорно стараются раскрывать персонажей и какими-то мелкими деталями привязывать зрителя к ним, итальянцам же это чуждо. Они взяли у Хичкока концепцию саспенса и благополучно выкинули всё остальное - подход в высшей степени античный. Если героя скоро убьют, он должен казаться не более живым и характерным, чем мебель в тёмной комнате.
Были ли исключения? Были, к примеру, у Фульчи в "Муках невинных". Не зря дедушка гора считал этот фильм лучшим своим джалло, а публика его длительное время просто игнорировала. Но это именно что исключение из правила. Остальные же картины отличаются эстетизацией насилия, стильным визуалом, который является куда более живым персонажем, чем настоящие персонажи. Джалло - это фильмы, в которых эстетика является единственным героем повествования.
Но вот, жанр умер. В кино - совсем умер, в литературе - переродился в "неоджалло" Донато Карризи или Антонио Мандзини. И немногочисленные выжившие мастера жанра остались не у дел. Дарио Ардженто из их числа.
Я вообще полагаю, что сняться в фильме "Вихрь" Гаспара Ноэ он решил чисто из-за вряд ли случайного совпадения жизненной ситуации с его героем. Растерянный старик, который пытается что-то писать (снимать), но уже всем, включая зрителя, понятно, что никому результат его трудов не будет нужен.
Как бы то ни было, Ардженто - мастодонт жанра. Не просто один из лучших его представителей, но ещё и очень заметный организатор, продюсер, популяризатор. Можно сказать, что не будь его, не было бы и доброй половины фильмотеки джалло. И как мастодонт, Дарио продержался дольше всех - снимал джалло до самого последнего времени, я даже не удивлюсь, если попробует ещё раз.
Поэтому, анонс фильма с названием "Джалло" вызвал в своё время переполох. Что предполагает это название? Гений жанра выкатил его имя в заголовок новой картины - это готовит нас к переосмыслению, подытоживанию, какой-то рефлексии о том, чему человек посвятил добрые полвека своей жизни.
Ха, как бы не так!
Дарио Ардженто снял совершенно типичный джалло-фильм, не препарирующий законы жанра, не переосмысляющий его, а просто ленивый и в каноне. Такие обычно называют рядовыми. Если уж говорить об иронии, то она тут только в названии. Дело в том, что главный злодей картины имеет жёлтый оттенок кожи, ибо болеет желтухой. Поэтому и джалло, то есть - "Жёлтый". Это просто погоняло злодея, простите за этот сниженный термин.
Может быть, хотя бы как рядовой представитель направления, фильм хорош? Ну, не сказал бы. Злодея нам показывают ещё в первой половине фильма, и он скучный, его мотивы скучные, он не шибко умён, хотя умудряется водить полицию за нос. Интриги никакой. Химии между главными персонажами - детективом Энцо Авольфи, которого играет знаменитый Эдриан Броуди, и сестрой одной из жертв маньяка в исполнении Эммануэль Сенье, жены Романа Полански, между прочим, никакой. Оба - персонажи-наброски. У детектива - тёмное прошлое, из-за чего он вроде как немножко понимает маньяков, и это немножко помогает ему в работе (Декстер на минималках), сестра вообще ни о чём - мы знаем о ней, что она стюардесса, и что кроме пропавшей у неё никого нет.
Пропавшая же подиумная модель, главная жертва картины, поиски которой сводят вместе героев, в основном кричит и ругается на убийцу, видимо, пытаясь спровоцировать в нём человеческую реакцию гнева. Играет её Эльза Патаки.
Единственный забавный момент - маньяка, как и детектива, играет Броуди, правда, в титрах он обозначен анаграммой Byron Deidra. Ну, об актёрском таланте Броуди это что-то да говорит, но ситуацию не спасает. Вялый зачин, вялая развязка, тухлый эпилог... Мало хорошего можно сказать о фильме. Разве что монтаж, операторская работа (совершенно каноничная, в стиле джалло) и звук - на месте. Придираться не хочется.
Определение "рядовой" тут как нельзя лучше отражает действительность. Более того, можно сказать, что многие сцены Ардженто снимал просто так. К примеру, начало фильма - прекрасные виды консерватории, оперное представление, нужны они были фильму, большая часть хронометража которого занимают виды каких-то задворок большого города? Да в общем нет. Захотелось Дарио, вот и вставили в картину. И большая часть фильма - это вот такие сцены, снятые просто так, чтобы дотянуть продолжительность картины до кинотеатральных требований.
Но если о фильме можно сказать мало хорошего, значит ли это, что он плохой? Я бы не был столь категоричен. В семидесятых эта картина могла бы найти своё место и стать даже маленькой локальной кассовой бомбочкой. Увы, те времена давно ушли, и Ардженто так и не смог с этим смириться. Есть в этом что-то очень-очень грустное, не правда ли?
